Форум главная страница
 
Тележка спаниеля Шарли

Побывав под колесами автомобиля и получив перелом позвоночника, кокер-спаниель Шарли передвигается теперь на тележке с такой скоростью, что его прозвали Михаэлем Шумахером.

Животного с переломом позвоночника ветеринары обычно не берутся лечить и предлагают хозяину его усыпить.
С давних времен человек привык окружать себя домашними животными. В любой многоэтажке живут рядом с нами десятки собак и кошек, за которых несут ответственность их владельцы. Вырываясь из опостылевшей за целый день «бетонной клетки», четвероногие существа несутся сломя голову, не разбирая дороги по своим «делам». Кричи - не кричи, толку мало. Балуя своего питомца, люди подчас сами виноваты в тех трагедиях, которые разыгрываются каждый день (!). Только на киевских улицах под колеса автомобилей попадает по крайней мере один домашний любимец. Визг тормозов, глухой удар и собака, которая еще секунду назад радостно виляла хвостом, безжизненно повисает на руках хозяина, со сломанными конечностями или позвоночником. Обычно в ветклиниках животных с травмами такого рода сразу предлагают усыпить. Из гуманных, так сказать, соображений. Хозяев, которые настаивают на лечении пострадавшего животного, можно пересчитать по пальцам. Живет в Киеве человек, поступку которого удивились даже видавшие виды ветврачи...
«Цок, цок, цок» - грохочет по керамическим плиточкам ветеринарной лечебницы самодельный металический мини-велосипедик, на котором сидит ... очаровашка кокер-спаниель. Его хозяин киевлянин Саша привез его на последний контрольный визит к доктору, который делал собаке операцию на сломанном позвоночнике и целый год следил за состоянием своего четвероного пациента.
А Саша, хозяин кокер-спаниеля по кличке Шарли, целый год изо дня в день выхаживал собаку, вопреки всем прогнозам врачей на его усыпление.
- Я не знаю, почему вахтерша завода, на котором я работал, - начал свой рассказ Александр, - предложила мне взять собачку, очаровательного кокер-спаниепя Шарли.
- Саша, тебе не нужна собака? Вот уже вторые хозяева от нее отказываются, им некогда.
Наверное, чтобы я сразу не начал отказываться, тут же достала из кармана приготовленную «щенячку», собачий документ. Она мол не просто так себе, она очень породистая и родители с длинной родословной.
Из дверей вахтерской, куда я заглянул, чтобы увидеть «подарок», на меня смотрели большие грустные глазищи. Скажите, вы когда-нибудь заглядывали в глаза собаке? Если да, то как по-вашему я мог ее не взять. Вот так у Шарли появился третий хозяин. Проблема была вся в том, что в моей семье уже есть одно животное, это - кот. У животных с хозяйской любовью дела обстоят очень строго, они ее ни с кем не собираются делить. И я боялся, что мой кот устроит вновь прибывшему хорошенькую трепку. Но Шарли по причине своего невероятно добродушного нрава принял, судя по всему, все условия нашего кота. Тот, в свою очередь, пару раз наказал нарушителя дисциплины в доме, на этом все разборки закончились. Гулять мы тоже стали ходить вместе. Я с котом на плече, двое моих детей и Шарли. И находились мы вообщем-то безопасном месте, и какая муха укусила собаку, неизвестно, он пулей кинулся на дорогу. Наверное водитель машины даже не ощутил удара, потому что не остановился и поехал дальше. А мой Шарли остался лежать на дороге. Конечно же, если бы я знал, что все так серьезно, я бы может действовал осторожнее, а так я схватил его сразу на руки, стал ощупывать и конечно же это была моя ошибка, ну кто же тогда мог знать, как вести себя с собакой, у которой перелом позвоночника. Внешне не было видно ни одного повреждения, ни капельки крови. А когда я его поднял с земли, мне показалось, что задние ножки у собаки, безвольно обвисли. Мог ли я тогда предположить, что травма окажется настолько серьезной, что изменит не только жизнь моей собаки, но и мою. Схватив Шарли на руки я поехал в Центральную ветеринарную клинику Киева. Тут-то все и началось. Собаке сделали антишоковый укол, и пригласили меня на конфиденциальную беседу. Разговор был приблизительно такой: «Вы же прекрасно понимаете, что собака, даже если выживет, то останется калекой. А это значит, что с такого рода травмами, она самостоятельно не сможет ходить в туалет, вам постоянно придется делать ему клизмы, вставлять катетеры. Запахи, раздражение, и прочие «прелести» ухода за больным животным, ничего хорошего вам в жизни не прибавят. Подумайте, не гуманнее было бы...»
Нет, я даже мысли не допускал, что смогу дать согласие на усыпление. Может быть, если бы видел, что животное находится на последней грани, мучается, страдает. А так поведение моей собаки подсказывало, что все не так уж плохо, как кажется. Шарли вел себя обычно, двигался, вертел по сторонам глазищами, и по-моему, старался понять, а что собственно происходит.
На эту собаку сбежался смотреть весь Аграрный университет.
- Есть ли какое-либо лечение, - спрашиваю доктора, а сам понимаю, что он сейчас и мне пропишет что-нибудь от головы. Дали список уколов и отпустили с миром, заживет, мол, как на собаке. Но чудес не бывает, и я стал отчетливо видеть, как все мои старания, что называется, «до лампочки». Когда же, совершенно случайно, делая очередной укол, я задел иголкой от шприца заднюю лапку, то она неожиданно дернулась. Значит еще не все потеряно, значит это не полный паралич и что-то можно еще сделать. И я решил действовать. К этому моменту прошло уже семь дней после травмы. Мне подсказали, что я могу попробовать обратиться в сельхозакадемию (Аграрный университет). Там на кафедре хирургии работают специалисты, которые мне могут помочь.
- А, конечно, я помню эту собачку, как ее можно забыть, начал свой рассказ Олег Петренко, хирург, заведующий кафедры хирургии и болезней мелких животных Национального Аграрного университета, наверное, в моей многолетней практике это чуть ли не единственный такой случай. На эту собачку сбегался смотреть весь университет. Животное, оно ж как думает, когда бежит через дорогу : «Вот голова проскочила, значит и все остальное проскочит. К сожалению, не проскакивает». Самые характерные переломы таза, задних конечностей. Собаки больших пород, если оказываются под колесами, обычно погибают, а вот мелочь пузатая, такая как кокеры, если выживают, получают, к сожалению, очень тяжелые травмы. Саша привез собаку уже на седьмые сутки, конечно же это очень поздно, сказал, что на нас последняя надежда. Однако операция в таком деле - это только 50 процентов успеха, остальное - это забота и упорство хозяина, который берет на себя огромный труд выходить больное животное.
- Ну что ж, давайте попробуем. Рентгеновский снимок позвоночника собаки показал, что позвонок раздроблен на кусочки, да еще со смещением, ведь кокеры очень подвижные собаки, да и времени прошло уже достаточно много после аварии, эти факторы были не на пользу лечению. Но мы рискнули. Раньше только в человеческой медицине применялся такой метод лечения как остеосинтез (лечение переломов костей с помощью металлических пластин или спиц). Для ветеринарии это относительно новый метод, конечно же требующий учитывать специфику применения; ведь это же животное, его не уговоришь, лежи смирно, и не крутиться, тем более, когда болит. Приходится приспосабливаться. Металлическую пластинку мы поставили и Шарли. Я дал Саше необходимые рекомендации по лечению, назначил уколы, водные процедуры. Главное, при такой болезни, не дать атрофироваться мышцам, вернуть, насколько это возможно, их подвижность. Оставалось ждать результатов.
Упражнения американского десанта помогли оживить атрофированные мышцы собаки.
Ну что ж, с тех пор, - продолжил Саша, - мою жизнь можно смело назвать «собачьей». В том смысле, что жить я и вся моя семья стали по законам собачьей жизни моего Шарли.
Его пришлось учить ходить в туалет, ограничивать в еде, чтобы избежать большой нагрузки на искалеченные ножки. Так прошло три месяца. Сломанный позвонок сросся. Чтобы снять пластинку, потребовалась еще одна операция. Затем пришло время реабилитации.
По специальности я инженер. Могу починить любое электронное оборудование, часы и т.д. Моя профессия всегда требовала от меня усидчивости и скурпулезности. Наверное, это и помогло мне справиться с дальнейшим лечением Шарли. Доктор сказал, что собаке нужно разрабатывать атрофированные мышцы. И я по тысяче раз делал Шарли упражнения американских десантников, которым научил меня старшина разведбатальона, где я когда-то служил. Для нас, салаг, они казались невероятно тяжелыми, но были эффективны при накачивании мышц.
Тренировки нравились Шарли: иногда у меня уже болела поясница, а мой пес всем своми видом показывал, что готов продолжать.
Теперь мой нежный кокер по ширине грудины не уступает боевому псу.
Чтобы заставить мышцы сокращаться, использовал приемы мануальной терапии, иглоукалывания, а еще специальные купания - наливал в ванну горячей воды, затем добавлял холодной, и животное в инстинктивной попытке уплыть начинало энергично работать задними лапами.
Долгое время мне приходилось ставить Шарли клизмы. Наконец Олег Федосеевич Петренко разрешил нам выходить на улицу. По примеру западных ветеринаров, он посоветовал сделать для собаки... тележку, этакую инвалидную колясочку, которая позволила бы моему кокеру самостоятельно передвигаться.
Оказывается, на Западе подобные случаи - не такая уж и редкость. Там ветврачи бьются за жизнь своих пациентов до последнего. Об усыплении речь заходит только в самых крайних случаях. Существуют фирмы, которые выпускают «собачьи» протезы, коляски и другое специальное оборудование для травмированных животных.
Хозяина собаки, которая гуляла на тележке, прохожие на улице называли сумасшедшим.
Тележку для Шарли мне же пришлось конструировать и собирать самому. Так появилось в нашем районе «лохматое чудо на колесах». Когда мы выходили на прогулку, прохожие думали, что у этой собаки сумасшедший хозяин, который ради своей глупой прихоти издевается над животным, посадив его на тележку. Ведь внешне совсем не было заметно, что Шарли болен.
Сначала я соорудил тележку-саночки из пенопласта. Зимой было очень удобно, а вот летом мне доводилось то и дело ее чинить: то пенопласт треснет, то колеса поотлетают. Тогда я нашел старый конструктор своих детей, подумал как его можно приспособить и усовершенствовать, чтобы получилась тележка. В результате, получился маленький трехколесный собачий велосипедик-колясочка. Чтобы металлические края не давили и не натирали животик собаки, я использовал пластичные трубочки от капельниц. Правда, я еще не придумал, что делать с амортизацией, но вот про тормоза подумаю обязательно.
Я несколько раз брал Шарли с собой в Евпаторию, так только успевал подхватывать и снимать тележку, когда он несся к морю. Местные острословы прозвали его за скорость передвижения по пляжу - Шумахером. Такими красивыми мы и приехали к Олегу Федосеевичу на смотрины.
Бедное животное на смотровом столе в лечебнице тряслось, как осиновый листик. Он решил, что его сюда привели, явно не для того, чтобы мяска дать, а совсем наоборот. И сейчас этот большой грозный дядька в белом халате, пахнущим лекарствами, что-то опять придумает на его бедную собачью голову. Потому что, нашему брату, наверное, думал Шарли, судя по его виду, тут добра не ждать...
- Удивительное животное, признался Олег Федосеевич.- Но еще большее восхищение вызывает у меня его хозяин Саша.
Он сделал невозможное, к сожалению, такие хозяева - исключение. Мы только давали рекомендации, а все остальное, самое тяжелое сделал он сам. Шарли очень повезло с хозяином.

Елена ЖЕЛЯЗО «ФАКТЫ»



Интересное в сети
 
   
 
поиск по сайту
 
© 2000-2017 by Oksana&Alexandr Lubenets
программирование - студия дизайна ICOM
 

  Яндекс.Метрика